Для такого материала требовался особый саундтрек — и Эннио Морриконе написал его с безупречной точностью. Маэстро из Рима к тому времени уже стал легендой, но именно в жанре джалло и психологического триллера он нащупывал свои самые смелые решения. В отличие от своих вестернов, где торжествует героическая широта, здесь Морриконе уходит внутрь: музыка становится клаустрофобной, напряжённой, нелинейной.
Главная тема — вальс, исполненный Эддой Делл'Орсо, постоянной соратницей композитора, — открывает альбом как обманчивое успокоение. Голос Делл'Орсо парит над аранжировкой с той пронизывающей хрупкостью, которой нет ни у одного другого инструмента: он одновременно красив и тревожен. Вальс кружится, но что-то в нём неправильно — ритм чуть смещён, гармония ускользает туда, где не ждёшь. Это Морриконе в лучшем виде: лирика как инструмент дезориентации.
Дальше — авангардные конструкции, которые переплетаются с оркестровой элегантностью. Струнные работают не как фон, а как самостоятельные персонажи: они ведут свой разговор с ударными и электроникой, иногда диссонируя, иногда сливаясь в неожиданном консонансе. Именно этот принцип — благозвучие через столкновение — делает саундтреки Морриконе к джалло такими уникальными на фоне всего, что создавалось в европейском кино того времени.
История этого альбома в виниловом формате почти столь же захватывающа, как сам фильм. Морриконе готовил пластинку к выходу одновременно с премьерой в 1971 году — но релиз был отменён. Главная тема появилась лишь на сборнике RCA в 1975 году, и только в 1998-м итальянский лейбл Screen Trax выпустил CD с четырнадцатью треками, лично отобранными композитором. Это издание давно стало раритетом, как и последующий диск Digitmovies 2009 года.
Настоящий виниловый релиз — первый в истории. Лейбл Quartet Records в сотрудничестве с GDM провёл полный ремастеринг с оригинальных мастер-плёнок, доверив работу Крису Мэлоуну. Результат — звук, который дышит так, как должна дышать музыка семидесятых: аналоговая теплота без мутности, ясность деталей без цифровой стерильности. Пластинка выпущена на прозрачном стеклянном (glass transparent) виниле — прямая отсылка к названию фильма, решение одновременно эстетическое и символическое.
В комплекте — развёрнутые линерноты от критика Мигеля Анхеля Ордоньеса, которые дают контекст как фильму, так и работе Морриконе в целом. Это не просто пластинка — это документ.
Для коллекционера, собирающего итальянскую музыку семидесятых, джалло или просто великие оркестровые саундтреки, La Corta Notte Delle Bambole Di Vetro закрывает огромный пробел. Альбом, которого ждали полвека, наконец существует в том формате, в котором он и должен был появиться с самого начала.
