На пластинке собраны практически все ключевые имена тогдашнего Сиэтла. Alice In Chains открывают сборник треком «Would?» — одной из самых мрачных и честных вещей группы, посвящённой Эндрю Вуду, певцу Mother Love Bone, который умер от передозировки в 1990 году. Это не просто рок-номер, это реквием: медленно нарастающий риф, голос Лейна Стэйли на грани срыва, ощущение невосполнимой потери. Тень Эндрю Вуда висит над всей пластинкой — именно потому, что его бывшие коллеги по Mother Love Bone составляют костяк Pearl Jam, а сам он был для всех этих музыкантов чем-то вроде совести.
Pearl Jam представлены несколькими вещами, в том числе великолепной «State Of Love And Trust» — яростной, почти панковской по энергии, с Эдди Веддером в одной из его лучших вокальных форм. Soundgarden тоже на борту: темпераментный и хаотичный материал, который звучит так, будто записывался на одном дыхании. Завершает первую сторону монументальная «Chloe Dancer / Crown Of Thorns» — две части одной песни, наследство Mother Love Bone, исполненное с почтением и болью.
Пол Уэстерберг, только что распустивший The Replacements, появляется здесь в новом качестве — сольного автора. Его «Dyslexic Heart» — лёгкая, почти поп-роковая, совсем не похожая на угрюмый Сиэтл, но именно этой разношёрстностью сборник и силён. Рядом с ним — Screaming Trees с их психоделическим блюзом, ранние Smashing Pumpkins с томной «Drown», которая выгодно отличается от всего остального на пластинке своей медитативностью. Jimi Hendrix — да, настоящий Джими — появляется здесь архивной записью, которая словно напоминает, откуда вообще всё началось. The Lovemongers (акустический проект сестёр Уилсон из Heart) закрывают круг женского голоса в этом преимущественно мужском хоре. И, наконец, Mudhoney с «Overblown» — колючей самоиронией на тему раздутой гранж-истерии, которая к тому времени уже начинала надоедать самим же музыкантам.
Слушать этот сборник сейчас — значит оказаться в точке, где ещё ничего не было решено, где гранж оставался местной историей, а не товаром на глобальном рынке. Именно такой воздух ощущается между треками: немного небрежности, много искренности, полное отсутствие позы.
Виниловое издание этого саундтрека от Mondo вышло на 180-граммовом чёрном виниле с оформлением Мо Шафик и Энди Фишера. Физический формат здесь — не просто ностальгия: большой конверт, тщательно проработанный дизайн, тёплое аналоговое звучание делают пластинку полноценным артефактом эпохи. Гранж в наушниках и гранж на вертушке — два совершенно разных переживания. Запись 1992 года обладает той прозрачной, почти «живой» студийной текстурой, которая на виниле раскрывается иначе, чем в цифре: слышнее пространство между инструментами, тяжелее и телеснее звучат барабаны, голоса стоят ближе.
Эта пластинка подойдёт коллекционеру, который ищет не просто «гранж», а конкретный момент: Сиэтл 1992 года до MTV, до массового обвала, до того, как всё стало слишком громким. Подойдёт тому, кто хочет показать связь между поколениями — от Хендрикса до Веддера. И просто всякому, кто ценит сборники, где каждый трек оправдывает своё место.
