Фильм вышел в 1971 году: продюсер и исполнитель главной роли Дзиро Тамия, режиссёр Дзюн Фукуда. Сюжет описывается одной строкой из промоматериалов — спортивный автомобиль мчится с юга на север через всю Японию, разрезая страну по вертикали. Это роуд-муви в духе голливудского «Исчезающей точки» Монте Хеллмана, перенесённое в японский контекст: другие дороги, другой темп жизни, другая меланхолия.
Музыку написал Норио Маэда — мастер, имя которого в контексте японского джаза произносится с неизменным уважением. Саундтрек к этому фильму — одна из вершин его творчества, а может быть, и японского джаза того периода вообще. Это не иллюстративная фоновая музыка, а полноценное художественное высказывание, которое существует независимо от экранного ряда.
Звучание пластинки — это небольшой ансамбль в идеальном балансе. Фортепиано у Маэды не просто мелодический инструмент: оно ведёт разговор само с собой — отрывистые фразы, вдруг сменяющиеся лирическими протяжёнными линиями, имитирующими движение по шоссе — прямые участки и повороты. Вибрафон добавляет воздух и скорость одновременно, его ноты растворяются в пространстве, как дорожная разметка под колёсами. Контрабас держит ритм с уверенностью опытного водителя — мощно, но без напряжения. Ударные расставляют акценты точно и экономно.
Всё вместе создаёт ощущение движения — не только физического, но и эмоционального. В этой музыке есть что-то неуловимо тоскливое: радость скорости неотделима от одиночества человека на пустом шоссе. Маэда работает с контрастами — лёгкость и тяжесть, экстаз и меланхолия сменяют друг друга так естественно, что их разграничение кажется невозможным.
Отдельного разговора заслуживает вопрос исполнителей. Состав музыкантов так и не был официально установлен, хотя японские знатоки джаза давно обсуждают версии. Одни указывают на Sound Limited — ансамбль под руководством Такэси Иномата, известный исключительно высоким исполнительским уровнем. Другие склоняются к The Third — ещё одному проекту того же музыканта. Эта неопределённость, как ни странно, только усиливает притяжение пластинки: в ней есть что-то от джазовой анонимности, когда важна сама музыка, а не имена на обложке.
Положение «Shadow of the Highway» в японской джазовой иерархии особое. Это не академически-фестивальный джаз, ориентированный на западную аудиторию, и не лёгкая фоновая музыка для баров. Это японский джаз в самом органичном виде — впитавший американскую традицию и переплавивший её во что-то принципиально иное: сдержаннее в экспрессии, тоньше в деталях, с особым чувством паузы и тишины.
Сравнения с джазовыми саундтреками Люсьена Мюсю к французским криминальным фильмам или с работами Сонни Кларка напрашиваются сами — но не стоит заходить слишком далеко в параллелях. Маэда — это Маэда, и пластинка «Shadow of the Highway» — именно японский документ определённого момента в истории этого жанра.
Для коллекционера японский джаз 1970-х — одна из самых увлекательных и одновременно труднодоступных областей. Оригиналы на виниле разошлись давно и стоят соответственно. Переиздание — шанс получить эту музыку в правильном формате: большой конверт, аналоговый звук, нормальная скорость 33 оборота. Это издание подойдёт всем, кто интересуется японским кино, джазом или просто красивой, умной музыкой о дороге и скорости.
