Такеши Фурукава — японский композитор, работающий преимущественно с оркестровыми и камерными жанрами. Его подход к саундтреку The Last Guardian можно описать как намеренное самоограничение: там, где другой автор мог бы заполнить пространство насыщенной оркестровой тканью, Фурукава выбирает тишину или единственную скрипичную линию. Именно эта сдержанность делает моменты подлинной музыкальной полноты особенно значимыми — они возникают как откровения после долгих пауз, и это ощущение трудно описать словами, но невозможно не почувствовать.
В музыкальном отношении саундтрек строится на противопоставлении масштаба и интимности. Архитектура мира игры — огромные залы, бездонные пропасти, башни, уходящие в облака, — требовала звукового эквивалента этого величия. Фурукава справляется с задачей не через монументальные оркестровые tutti, а через пространство — умение оставить в музыке место для воздуха, для реверберации, для эхо, которое само по себе становится частью повествования. Звук растворяется в тишине и снова возникает из неё — так же, как Трико периодически исчезает в темноте и возвращается.
Контрастом к этим большим пространственным полотнам служат камерные темы, в которых слышна та самая «невероятная дружба» — хрупкая, неловкая, постепенно укрепляющаяся. Здесь появляются сольные инструменты: флейта, гобой, виолончель — каждый из которых несёт свой эмоциональный смысл. Флейта — любопытство и детская непосредственность мальчика; виолончель — тёмная, непостижимая природа Трико, его древность и одиночество. Когда эти голоса начинают звучать вместе, это становится музыкальным образом самих отношений — двух существ из разных миров, нашедших общий язык.
Саундтрек также содержит хоровые эпизоды — не западные, привычные по голливудскому кино, а нечто более архаичное и загадочное. Голоса звучат так, будто принадлежат какой-то древней цивилизации, которая оставила после себя только этот заброшенный замок. Это музыкальная мифология, не привязанная ни к какой конкретной культуре, но ощущаемая как нечто подлинное и старинное.
Виниловое издание на двух пластинках представлено с иллюстрациями Нимита Малавии — художника, известного прежде всего по элегантным обложкам серии комиксов Fables. Его работа для этого издания выдержана в той же тонкой, акварельной манере: образы нежные, но не слащавые, в них есть меланхолия и что-то необъяснимо трогательное. Конверт держится в руках как произведение искусства само по себе — и это не преувеличение. Оформление создаёт правильное настроение ещё до того, как игла коснётся пластинки.
На виниле оркестровые записи подобного класса получают дополнительное измерение. Теплота аналогового воспроизведения особенно важна для музыки, в которой так много полутонов: тихое звучание смычковых, тонкие педальные гармонии в струнной группе, пространственная глубина хора — всё это передаётся с точностью, которую сложно воспроизвести в цифровом сжатом формате. Прослушивание этого саундтрека на хорошей системе — опыт не аудиофильский в узком смысле, а просто более полный, более живой.
Саундтрек The Last Guardian стоит рядом с лучшими работами Кодзи Кондо, Ясунори Мацуды и Нобуо Уэмацу — не потому что он похож на них, а потому что занимает то же место в истории: музыка, которая стала неотделимой частью культурного события. Для коллекционера это пластинка не из тех, что покупают «на пополнение», — это одна из тех, с которых начинают собирать. Она необходима всем, кто любит кино- и игровую музыку, не боится эмоций и ценит красоту в её самой тихой и уязвимой форме.
