Музыку написал Сюй Утун — художник, глубоко укоренённый в традиционной китайской культуре и при этом свободно чувствующий себя в пространстве современной оркестровой музыки. Его подход принципиально отличается от типичного «кино-жанрового» саундтрека к фэнтези: здесь нет ни пышной голливудской помпезности, ни условной «восточной экзотики» для западного уха. Вместо этого — подлинность: живое звучание гуциня и эрху, ударные, уходящие корнями в ритуальную музыку, и вокальные партии, которые то скорбят, то устрашают.
Первое, что поражает при прослушивании, — это сдержанность там, где ожидаешь наступательности. Саундтрек умеет молчать. Большие оркестровые полотна возникают не из ниоткуда — им предшествуют минуты напряжённой тишины, разрезанной одиноким духовым или тихим голосом. Когда же оркестр всё-таки врывается, это воспринимается почти физически: медные и ударные создают ощущение неотвратимой катастрофы.
Традиционные китайские инструменты не просто украшают музыку — они несут смысловую нагрузку. Гуцинь — струнный щипковый инструмент с тысячелетней историей — здесь символизирует хрупкость красоты и учёности, которые гибнут в огне войны. Эрху, с его пронзительным и почти человеческим голосом, передаёт личную трагедию главной героини Бай Учан. Дионь и сяо добавляют ауру потустороннего — словно между живыми и мёртвыми больше нет границы.
Вокальные партии заслуживают отдельного разговора. Записанные с живыми исполнителями, они органично переходят от молитвы к боевому кличу, от плача к почти медитативному речитативу. Это не привычный «хоровой фон» — это голоса персонажей, которых мы никогда не видим, но ощущаем за каждой нотой. Ансамблевые хоры создают особое ощущение коллективной памяти — как будто сама земля вспоминает тех, кто по ней прошёл.
Динамически саундтрек выстроен как большая драматическая дуга. Ранние треки — лиричные и созерцательные: они рисуют ландшафт горной провинции Шу, её тихую красоту, обречённую исчезнуть. По мере того как развивается игровой нарратив, музыка становится гуще, плотнее, агрессивнее. Боевые темы — это не просто «экшен», это адреналин, замешанный на ужасе перед чем-то непостижимым. И при этом ни один трек не скатывается в банальный «boss battle metal».
Издание, которое вы держите в руках, — это двойной винил, специально мастерованный Джо Кейтнессом для аналогового звука. Здесь важно подчеркнуть: оркестровая музыка такого масштаба на виниле звучит принципиально иначе, чем в цифровом формате. Мастеринг по Кейтнессу — это осознанный выбор: он известен своим умением передать пространственность и глубину оркестровой записи, сохраняя динамику и не «заливая» тихие моменты компрессией. Тяжёлый пресс обеспечивает минимальный уровень шума и долгосрочную сохранность.
Оформление конверта создано художниками студии-разработчика Leenzee — это не абстрактный арт, а полноценная визуальная история. На развороте гэтфолда — образ Бай Учан, главной героини, и иконография, отсылающая к традиционной китайской живописи и резьбе по дереву. Конверт хочется разглядывать долго, не торопясь.
Эта пластинка — для тех, кто ценит саундтреки как самостоятельные произведения, а не просто как «музыку к игре». Для слушателей, которые открыли для себя японских мастеров геймовой музыки — Нобуо Уэмацу, Ясунори Мицуду, Кэйити Окабэ — и хотят исследовать, что происходит, когда к той же серьёзности подходит китайский композитор с иной культурной базой. Для коллекционеров, которые понимают: некоторые вещи существуют в единственно верном формате — аналоговом.
